Ах, хоккей — это вам не просто игра с шайбой, а настоящий театр абсурда и драмы на льду! Вот вам история от Александра Смолина, бывшего форварда ЦСКА, который в 2023 году наконец-то решился рассказать о том, как он обыгрывал самого Валерия Харламова ещё в юношах. Представляете? Смолин утверждает, что в детстве он был лучше Харламова — и не просто лучше, а «гораздо».
Это как если бы Моцарт заявил: «Да я раньше Бетховена пел колыбельные!» А Валера в то время был таким себе: физически слабоватым и с техникой на уровне начинающего танцора на льду.
Смолин даже смеётся: «Валера вообще ничего собой не представлял! Его еле взяли в школу ЦСКА — он указал год рождения 1949-й, а на самом деле был 1948-го.
Отец Харламова и дядя Боря пошептались с Ерфиловым – и вот тебе на, зачислили парня!» Ну знаете, как у нас бывает: если кто-то из семьи важный человек – можно и маленькую ложь приписать. Главное ведь играется потом!
Про легендарное прозвище «конёк-горбунок» от Тарасова Смолин говорит скромно: сам никогда этого не слышал. А вот про Японию рассказывает с таким азартом, будто только вчера вернулся из страны восходящего солнца.
В 1968 году ЦСКА пригласили сыграть товарищеские матчи — но тут началась настоящая драма выбора молодых талантов между Смолиным и Харламовым. Тренерский совет единогласно решил взять Смолина. А Валеру отправили… в Чебаркуль!
На подкрепление! Причём вместе с Гусевым — которого тоже наказали за пьянку (ну вы понимаете, хоккеисты они такие).
Смолин смеётся над байками о том, что Харламов стоял у трапа самолёта с вещами и хотел лететь в Японию: «Зачем ему к трапу? Состав объявлен за три дня до вылета!» Вот уж кто знает порядок вещей!
В Японии их встречал какой-то олигарх с заводом и собственной хоккейной командой из пяти-шести клубов всей страны. После каждого матча дарили подарки: жемчуг, колье или часы Seiko — новинку того времени!
В Союзе такие часы были почти как золотой запас страны — носить их считалось модным… пока не начали исчезать прямо в раздевалке по цене 350-400 рублей за штуку! Смолин честно признаётся: два баула этих часов он тащил домой! Кто-то из ребят подсказал выгодную сделку оптом магнитофонов (видео тогда ещё было фантастикой) — так что хоть техника пошла.
Тарасов же устроил отдельное шоу: сначала всех поселили в европейскую гостиницу со стандартными кроватями, а потом перевезли куда-то в японский городок – там уже циновки да кимоно вместо привычных удобств. Тарасов взбунтовался: «Мне, полковнику, на полу спать?!» И для него нашли отдельный номер с кроватью.
Все остальные спали на циновках – такой вот армейский экстрим по-японски!
Игры проходили спокойно — команда особо не старалась забивать много голов. Ведь неудобно же перед японцами выглядеть слишком агрессивными гостями! Забили штук восемь — и хватит.
После возвращения из Чебаркуля Харламов действительно стал другим человеком – подтянулся физически и начал забивать больше. Тарасов был суров: поблажек не давал никому – будь ты юниор или заслуженный мастер спорта.
Он говорил всем одинаково жёстко: «Это твое дело — можешь или нет…» И тут вспоминается анекдот про тренера:
— Почему ты сегодня плохо играл?
— Так я же вчера всю ночь тренировался!
— Тогда завтра отдохнёшь и будешь играть ещё хуже!
Так что жизнь хоккеиста была настоящим испытанием характера.